Неточные совпадения
А между тем в
существе своем Андрей Иванович был не то доброе, не то дурное
существо, а просто — коптитель неба. Так как уже немало есть на белом свете людей, коптящих небо, то почему же и Тентетникову не коптить его? Впрочем, вот в немногих словах весь журнал его
дня, и пусть из него судит читатель сам, какой у него был характер.
И, может быть, я завтра умру!.. и не останется на земле ни одного
существа, которое бы поняло меня совершенно. Одни почитают меня хуже, другие лучше, чем я в самом
деле… Одни скажут: он был добрый малый, другие — мерзавец. И то и другое будет ложно. После этого стоит ли труда жить? а все живешь — из любопытства: ожидаешь чего-то нового… Смешно и досадно!
— Да, но без шуток, — продолжал Облонский. — Ты пойми, что женщина, милое, кроткое, любящее
существо, бедная, одинокая и всем пожертвовала. Теперь, когда уже
дело сделано, — ты пойми, — неужели бросить ее? Положим: расстаться, чтобы не разрушить семейную жизнь; но неужели не пожалеть ее, не устроить, не смягчить?
— Вы бы лучше думали о своей работе, а именины никакого значения не имеют для разумного
существа. Такой же
день, как и другие, в которые надо работать.
Это было
существо доброе, умное, молчаливое, с теплым сердцем; но, бог знает отчего, от долгого ли житья в деревне, от других ли каких причин, у ней на
дне души (если только есть
дно у души) таилась рана, или, лучше сказать, сочилась ранка, которую ничем не можно было излечить, да и назвать ее ни она не умела, ни я не мог.
Точно он разбудил свидетеля своему
делу — и где же? в этом глухом месте, где он не должен был встретить ни одного живого
существа…
Лонгрен выходил на мостик, настланный по длинным рядам свай, где, на самом конце этого дощатого мола, подолгу курил раздуваемую ветром трубку, смотря, как обнаженное у берегов
дно дымилось седой пеной, еле поспевающей за валами, грохочущий бег которых к черному, штормовому горизонту наполнял пространство стадами фантастических гривастых
существ, несущихся в разнузданном свирепом отчаянии к далекому утешению.
«Хи, хи, хи!» — слышалось только из Кичибе, который, как груда какая-нибудь, образующая фигурой опрокинутую вверх
дном шлюпку, лежал на полу, судорожно подергиваясь от этого всем
существом его произносимого «хи».
Только у берегов Дании повеяло на нас теплом, и мы ожили. Холера исчезла со всеми признаками, ревматизм мой унялся, и я стал выходить на улицу — так я прозвал палубу. Но бури не покидали нас: таков обычай на Балтийском море осенью. Пройдет день-два — тихо, как будто ветер собирается с силами, и грянет потом так, что бедное судно стонет, как живое
существо.
Дома он через минуту уже решил
дело по
существу. Два одинаково великих подвига предстояли ему: разрушить город и устранить реку. Средства для исполнения первого подвига были обдуманы уже заранее; средства для исполнения второго представлялись ему неясно и сбивчиво. Но так как не было той силы в природе, которая могла бы убедить прохвоста в неведении чего бы то ни было, то в этом случае невежество являлось не только равносильным знанию, но даже в известном смысле было прочнее его.
Я признаю, что женщина есть
существо подчиненное и должна слушаться. Les femmes tricottent, [
Дело женщины — вязанье (фр.).] как сказал Наполеон, — усмехнулся почему-то Коля, — и по крайней мере в этом я совершенно
разделяю убеждение этого псевдовеликого человека.
А между тем
дело было гораздо проще и произошло крайне естественно: у супруги Ипполита Кирилловича другой
день как болели зубы, и ему надо же было куда-нибудь убежать от ее стонов; врач же уже по
существу своему не мог быть вечером нигде иначе как за картами.
Он встречал ее до вчерашнего
дня мало, составил об ней устрашающее понятие, а вчера так страшно был потрясен ее злобною и коварною выходкой против Катерины Ивановны и был очень удивлен, что теперь вдруг увидал в ней совсем как бы иное и неожиданное
существо.
На закате
дней своих он убеждается ясно, что лишь советы великого страшного духа могли бы хоть сколько-нибудь устроить в сносном порядке малосильных бунтовщиков, «недоделанные пробные
существа, созданные в насмешку».
Стояло и торчало где-то какое-то
существо или предмет, вроде как торчит что-нибудь иногда пред глазом, и долго, за
делом или в горячем разговоре, не замечаешь его, а между тем видимо раздражаешься, почти мучаешься, и наконец-то догадаешься отстранить негодный предмет, часто очень пустой и смешной, какую-нибудь вещь, забытую не на своем месте, платок, упавший на пол, книгу, не убранную в шкаф, и проч., и проч.
В самом
деле, это могла быть молодая досада молодой неопытности и молодого тщеславия, досада на то, что не сумел высказаться, да еще с таким
существом, как Алеша, на которого в сердце его несомненно существовали большие расчеты.
— А отказал, то, стало быть, не было основательных поводов кассации, — сказал Игнатий Никифорович, очевидно совершенно
разделяя известное мнение о том, что истина есть продукт судоговорения. — Сенат не может входить в рассмотрение
дела по
существу. Если же действительно есть ошибка суда, то тогда надо просить на Высочайшее имя.
Одно, что понял Нехлюдов, это было то, что, несмотря на то, что Вольф, докладывавший
дело, так строго внушал вчера ему то, что Сенат не может входить в рассмотрение
дела по
существу, — в этом
деле докладывал очевидно пристрастно в пользу кассирования приговора палаты, и что Селенин, совершенно несогласно с своей характерной сдержанностью, неожиданно горячо выразил свое противоположное мнение.
Фанарин встал и, выпятив свою белую широкую грудь, по пунктам, с удивительной внушительностью и точностью выражения, доказал отступление суда в шести пунктах от точного смысла закона и, кроме того, позволил себе, хотя вкратце, коснуться и самого
дела по
существу и вопиющей несправедливости его решения.
— Да, да, это может быть, но Сенат не может рассматривать
дело по
существу, — сказал Владимир Васильевич строго, глядя на пепел. — Сенат следит только за правильностью применения закона и толкования его.
И если, «паче чаяния», в ней откроется ему внезапный золотоносный прииск, с богатыми залогами, — в женщинах не редки такие неожиданности, — тогда, конечно, он поставит здесь свой домашний жертвенник и посвятит себя развитию милого
существа: она и искусство будут его кумирами. Тогда и эти эпизоды, эскизы, сцены — все пойдет в
дело. Ему не над чем будет разбрасываться, жизнь его сосредоточится и определится.
Правда, нравственная воля называется у Канта «практическим разумом», для которого установляется свой особый канон, причем этот «разум» постулирует основные религиозные истины: бытие Бога, свободу воли и личное бессмертие, но каким бы именем мы ни называли веру, ее
существо от этого не изменится: ЕСИ произносит только она, постулаты же лишь постулируют, но сами по себе бессильны утверждать бытие Божие, это составляет, конечно,
дело веры.
Но это молитвенное освящение есть лишь «молитва христианина пред началом всякого
дела», а не представляет собой религиозного осмысления именно вот этого определенного
дела, которое в
существе своем остается все-таки религиозно непросветленным.
«В самом
деле, каким именем назвать Того, который не рожден, не имеет ни различий в себе, ни вида определенного, ни индивидуальности, ни числа, но есть
существо такое, которое никаких акциденций в себе не имеет, а равным образом и акциденциальному ничему не подлежит?
Но это же разделение происходит и во внутреннем
существе каждого человека, ибо нет никого, кто не был бы заражен грехом, а в тоже время был бы совершенно чужд всякого добра [О таком внутреннем рассечении человека говорит ап. Павел: «Строит ли кто на этом основании (которое есть Христос) из золота, серебра, драгоценных камней, дерева, сена, соломы, — каждого
дело обнаружится, ибо
день покажет, потому что в огне открывается, и огонь испытает
дело каждого, каково оно есть.
В религиозном процессе, который и составляет
существо мировой истории,
дело идет о спасении от мира, о взыскании Бога человеком («из глубины воззвах к Тебе, Господи») [Пс. 129:1.], а вместе и о спасении мира.
По
существу своему теургия неразрывно связана с боговоплощением, она есть продолжающееся во времени и непрерывно совершающееся боговоплощение, не прекращающееся действие Христа в человечестве: «И се Аз с вами есмь во вся
дни до скончания века» (Мф. 28:20).
Зачем это
существо попалось мне именно в этот
день, именно при въезде в Москву? Я вспомнил «Безумную» Козлова, и ее он встретил под Москвой.
Одно
существо поняло положение сироты; за ней была приставлена старушка няня, она одна просто и наивно любила ребенка. Часто вечером,
раздевая ее, она спрашивала: «Да что же это вы, моя барышня, такие печальные?» Девочка бросалась к ней на шею и горько плакала, и старушка, заливаясь слезами и качая головой, уходила с подсвечником в руке.
Отрицание смертной казни всем моим
существом было так велико, что я склонен был
делить людей на смертную казнь защищающих и смертную казнь отвергающих.
Дед, поучая меня, тоже говорил, что бог —
существо вездесущее, всеведущее, всевидящее, добрая помощь людям во всех
делах, но молился он не так, как бабушка.
— Нет, постой. Это еще только одна половина мысли. Представь себе, что никакого миллионера Привалова никогда не существовало на свете, а существует миллионер Сидоров, который является к нам в дом и в котором я открываю
существо, обремененное всеми человеческими достоинствами, а потом начинаю думать: «А ведь не дурно быть madame Сидоровой!» Отсюда можно вывести только такое заключение, что
дело совсем не в том, кто явится к нам в дом, а в том, что я невеста и в качестве таковой должна кончить замужеством.
И в самом
деле, справа, при самом повороте в Лиман, где на отмели приютилась гиляцкая деревушка, на двух лодках несутся к нам какие-то странные
существа, вопят на непонятном языке и чем-то машут.
Только уже долгое время спустя разглядел он и убедился, как серьезно могло бы обернуться у него
дело с таким невинным и странным
существом, как Аглая.
С другой стороны, опытность и глубокий взгляд на вещи подсказали Тоцкому очень скоро и необыкновенно верно, что он имеет теперь
дело с
существом совершенно из ряду вон, что это именно такое
существо, которое не только грозит, но и непременно сделает, и, главное, ни пред чем решительно не остановится, тем более что решительно ничем в свете не дорожит, так что даже и соблазнить его невозможно.
Вероятно, этим хотели действовать на девичий стыд, забывая, что имели
дело с
существами, которые от рождения были фаталистически отмечены печатью звериного образа.
Хранил ли он что-нибудь в глубинах своего
существа или там было пустое место — кому какое до этого
дело?
Она, еще так недавно отдававшая безучастно или, наоборот, с имитацией знойной страсти свое тело десяткам людей в
день, сотням в месяц, привязалась к Лихонину всем своим женским
существом, любящим и ревнивым, приросла к нему телом, чувством, мыслями.
Но за окончательное избрание зля каким-либо
существом и за страдание на злом пути никто не ответствен, и никто не должен
разделять этих страданий.
Земная жизнь человека и человечества лишилась бы всякого религиозного смысла, если бы для каждого
существа жизнь эта не была неповторяемым
делом спасения, если допустить возможность отложить
дело спасения до новых форм существования (метемпсихоз) и перенести в другие миры.
— Приду, приду, как обещал. Слушай, Лиза: один поганец — одним словом, одно мерзейшее
существо, ну, Стебельков, если знаешь, имеет на его
дела страшное влияние… векселя… ну, одним словом, держит его в руках и до того его припер, а тот до того унизился, что уж другого исхода, как в предложении Анне Андреевне, оба не видят. Ее по-настоящему надо бы предупредить; впрочем, вздор, она и сама поправит потом все
дела. А что, откажет она ему, как ты думаешь?
А осчастливить непременно и чем-нибудь хоть одно
существо в своей жизни, но только практически, то есть в самом
деле, я бы поставил заповедью для всякого развитого человека; подобно тому, как я поставил бы в закон или в повинность каждому мужику посадить хоть одно дерево в своей жизни ввиду обезлесения России; впрочем, одного-то дерева мало будет, можно бы приказать сажать и каждый год по дереву.
— Твоя мать — совершеннейшее и прелестнейшее
существо, mais [Но (франц.).]… Одним словом, я их, вероятно, не стою. Кстати, что у них там сегодня? Они за последние
дни все до единой какие-то такие… Я, знаешь, всегда стараюсь игнорировать, но там что-то у них сегодня завязалось… Ты ничего не заметил?
Впрочем, до знаний ее мне решительно нет
дела; я только хочу прибавить, откинув всякую мысль лести и заискивания, что эта Татьяна Павловна —
существо благородное и даже оригинальное.
Таким образом, обязанность заняться практикой и осчастливить хоть одно насущное
существо в самом
деле все бы поправила и освежила бы самого благотворителя.
Исчезло и скрылось
существо, никем не защищенное, никому не дорогое, ни для кого не интересное, даже не обратившее на себя внимание и естествонаблюдателя, не пропускающего посадить на булавку обыкновенную муху и рассмотреть ее в микроскоп;
существо, переносившее покорно канцелярские насмешки и без всякого чрезвычайного
дела сошедшее в могилу, но для которого всё же таки, хотя перед самым концом жизни, мелькнул светлый гость в виде шинели, ожививший на миг бедную жизнь, и на которое так же потом нестерпимо обрушилось несчастие, как обрушивалось на царей и повелителей мира…
Такие летние утра в серединной России необыкновенно благоприятно действуют на всякое живое
существо, до изнеможения согретое знойными
днями.
В этом мире небо кажется чище, природа роскошнее;
разделять жизнь и время на два разделения — присутствие и отсутствие, на два времени года — весну и зиму; первому соответствует весна, зима второму, — потому что, как бы ни были прекрасны цветы и чиста лазурь неба, но в отсутствии вся прелесть того и другого помрачается; в целом мире видеть только одно
существо и в этом
существе заключать вселенную…
«Добрые
дела» начинают понимать не как проявление любви к Богу и к ближнему, к живому
существу, не как обнаружение благостной силы, дающей жизнь другим
существам, а как способ самоспасения и самооправдания, как путь осуществления отвлеченной идеи добра, за которое человек получает награду в будущей жизни.
Gnadige Frau между тем об этих разговорах и объяснениях с прелестным
существом в непродолжительном времени сообщила своему мужу, который обыкновенно являлся домой только спать; целые же
дни он возился в больнице, объезжал соседние деревни, из которых доходил до него слух, что там много больных, лечил даже у крестьян лошадей, коров, и когда он таким образом возвратился однажды домой и, выпив своей любимой водочки, принялся ужинать, то gnadige Frau подсела к нему.